Всё больше и больше людей становятся недовольными своей жизнью и, задумавшись, приходят к выводу, что в нашем обществе очень много мусора в разных смыслах этого слова. Оксана Любченко из Екатеринбурга 10 месяцев живёт в экологическом поселении Сюдербин в Швеции. Оно находится на острове Готланд в центре Балтийского моря. Студентка «Уральской медиашколы» Марина Торопова поговорила с девушкой о правилах общежития в экопоселении и о том, как они хотят изменить мир к лучшему.
-Как ты попала в экопоселение?
-Я узнала от знакомых об этой коммуне, приехала на их фестиваль. Оказалось, что у них есть волонтерские программы на год, я подала заявку, и они меня выбрали. То есть у нас по любви всё: я выбрала их, а они выбрали меня. С апреля я начала жить в Сюдербине и уже тогда поняла, что останусь здесь.
-Сколько людей там живет и откуда они?
— У нас интернациональное поселение активистов. И все мы абсолютно из разных стран. В основном из Европы, русскоговорящих нас трое. Число поселенцев зависит от сезона, потому что летом приезжают волонтеры, и количество людей в коммуне может доходить до 40 человек. Сейчас зимой нас около 15.
-Оксана, расскажи, пожалуйста, как строится ваш быт? Какими благами цивилизации вы пользуетесь, а от каких отказались?
-В принципе, у нас есть всё. Электричество, интернет. Особенностью, пожалуй, является компостный туалет, особенный он, потому что мы разделяем жидкости /не жидкости. Компост мы используем на огороде, и даже в некоторых своих проектах. Но для тех, кто употребляет гормоны, антибиотики и прочие медицинские препараты по какой-то причине, у нас есть отдельный туалет. И специальная переработка этого компоста до 8-10 лет, а затем его можно использовать тоже.
У нас нет ванны, в доме есть одна душевая, а на тёплое время года есть ещё одна внешняя — очень уютная. Мне самой удивительно, но у нас не бывает проблем с очередью (за редким исключением, как и в обычной семье из 3-4 человек), потому что у всех разный режим личной гигиены. Раковин для умывания и чистки зубов несколько, поэтому накладок ещё меньше. И много времени в душе мы не проводим. Но не потому что грязные хиппи — мы стараемся использовать воду разумно. То есть проточный тёплый душ для расслабона устроить можно, но осознанность, что это наша питьевая вода, особенно летом, вырабатывает привычку всегда выключать воду, пока мылишься. Конечно, иногда мы скучаем по ванне с пеной.
У нас есть автомобили, их четыре, и, в основном, они нужны для перевозки стройматериалов. Мы пользуемся транспортом, но он на биогазе. У нас один большой дом и несколько маленьких. Также есть оборудованные бунгало, которые отапливаются.
-Ты упомянула огород…
Да. Мы практикуем принципы пермакультуры. Вообще, одно из главных заблуждений относительно неё в России, что она — только про выращивание овощей и фруктов. На самом деле, это в целом про общество, а не только про огород. Наш огород — пермакультурный, мы выращиваем свои овощи, фрукты, ягоды, травы. Пермакультурная техника позволяет пользоваться ресурсами земли и природы в целом, не изменяя не природную структуру и функцию, не переделывая ее под себя. Например, картошку можно сажать прямо на землю, а не в (с использованием подушки из сена и с периодическим орошением водой). То есть мы не нарушаем естественные процессы, не травмируем землю и различных полезных живностей в ней и имеем сравнительно богатый урожай. Это уже давно не ново в России, но пока не сильно распространено. В сезон 80% нашей еды идёт с огорода. Как и со многими направлениями нашей деятельности, для работы в огороде есть свои лидеры, команда, которая заниматься годовым планированием, постройкой и подсчетом урожая (конечно с помощью других членов коммьюнити), что сравнимо с работой проектного менеджера.
-В соцсетях ты писала, что вы не запираете двери.
-Это действительно так. Наше сообщество основано на доверии, ведь сюда не попадают люди/, не разделяющие наши убеждения принципы. Но, мне кажется, есть и более глобальная причина, связанная с разностью культур и менталитета и, конечно же, с уровнем жизни. Здесь люди не выживают, а живут. Они по-другому к этому относятся.
-Как зарабатывают на жизнь поселенцы?
-У нас есть долгожители, это те, кто основал это поселение, у них есть работа вне коммуны. Если говорить о Сюдербине, у нас есть кооператив (то, что очень любят шведы) и НКО (некоммерческая организация). Несколько человек из коммуны так же имеют работу вне, трое трудоустроены в НКО. Основная часть поселения — это волонтеры, их работа оплачивается благотворительными фондами, программами и т.д. Если говорить о людях, которые приезжают волонтерами и решают здесь остаться, как правило, они приезжают с уже накопленными деньгами. Так же несколько наших проводят различные обучающие тренинги, или люди приезжают, чтобы посмотреть и возможно научиться чему-то у нас.
Конечно это развивающаяся история, и в ближайшие годы у нас открывается образовательный центр с хостелом и кафе, где наши воркшопы для приезжающих будут поставлены на поток. Уже готовы чертежи и мы ждём разрешения на строительство.
И это только один из проектов, который даст больше трудовых мест, но не единственный.
-А как вы проводите свой досуг?
-У нас не так много свободного времени. Но важно балансировать между работой и отдыхом. Поэтому, когда выдается свободная минутка, мы можем сесть на велосипеды и съездить на берег Балтийского моря, там очень мощная природа.
Бывает, что мы собираемся все вместе у проекторов. Но в связи с нашей занятостью, мы не выберем для просмотра «Американский пирог», мы отдаем предпочтение просмотру «TED talks» (конференции о науке, искусстве, культуре и бизнесе, цель которых заключается в распространении передовых идей — прим. ВН) и различным документальным фильмам. Играем в настольные игры.
Поскольку свободного времени мало, мы хотим провести его с пользой.
-Экопоселение для тебя — это навсегда? Или временный опыт?
-Сейчас я вижу свое будущее в Сюдербине, мне нравится жить в этом месте, мне нравится работа, мне нравятся проекты. Например, один из будущих проектов в Готланде- «Pilot» (Пилот). Готланд будет первым пилотным местом для внедрения возобновляемых новых источников энергии, не связанных с нефтью. Это история про транспорт, энергию и новые технологии, направленные на максимальную устойчивую жизнедеятельность в масштабе страны, а не огорода.
Все наши проекты так или иначе связаны с этим. С этим связано наше будущее, моё будущее. Я хочу в этом участвовать и принести пользу!
-Подобные вашему поселения вдохновляются идеей спасти планету. Но при этом живут замкнутым изолированным сообществом. Но это же взаимоисключающие вещи. Что ты об этом думаешь?
-Нет, мы как раз таки не живем таким «пузырем», как делают очень многие коммуны и поселения. Все наши проекты связаны с внешним миром. Мы очень много работаем в сфере образования, экологии и политики, только сейчас делаем 15 проектов локального и глобального применения, работаем с Африкой, Бразилией и т.д. Например, тот же проект с возобновляемыми источниками энергии. Мы получаем гранты и выкладываем наработки в открытом доступе, чтобы люди могли это повторить.
-Как вы решаете проблемы, которые неизбежно возникают при совместном проживании людей в ограниченном пространстве?
-Мы умудряемся балансировать. Наше общение строится на ненасильственном общении, мы очень много времени уделяем этому. И если есть какая-то проблема, мы собираемся все вместе и обсуждаем это. Мы документируем все встречи, как протокол: что было на встрече, что решили. У нас есть утренние встречи. Это похоже на планёрки в офисах. На них мы делимся своим самочувствием, после этого обсуждаем планы на день.
-Твои соседи для тебя: соседи, семья, единомышленники? Или что-то другое?
— Коллаборация единомышленников. У нас есть общая позиция — представление о том, как мы хотим жить. Нас объединяет стиль жизни, непотребительский, более осознанный подход к проживанию.
Когда ты находишься с людьми постоянно бок о бок, и видишь их в различных ситуациях, в стрессе или в чём-то другом, вы становитесь очень близки, потому что ты видишь разные грани людей. Так же, люди, которые попадают в коммуну проходят серьёзный отбор, мы смотрим на человека какой он. Нам приходится постоянно отбирать новых людей, потому что у нас много проектов и нам не хватает «голов».
-Можно ли вас назвать современными хиппи?
-Мы так же против войны, и возможно нас можно отнести к хиппи. Но мы реалисты, не просто люди, которые говорят «Миру-мир», мы применяем это на практике и показываем, как это работает.
-Скучаешь ли ты по родному Екатеринбургу?
-Я скучаю именно по России, потому что начала еще сильнее чувствовать важность культуры, корней. Мы много работаем с Россией, поэтому я буду приезжать. Здесь в Швеции бросается в глаза разница качества жизни, чистота дорог, разделение мусора. И когда дома в России какая-нибудь бабушка сидит и считает копейки на жизнь – от этой мысли, конечно, становится грустно. Но я стараюсь смотреть на какие-то вещи позитивно. Буквально недавно я ездила в Екатеринбург на свадьбу к подруге, и замечу, что наоборот стала видеть много хорошего. Например, что у нас стало много музыкантов и вообще стало как-то уютнее. Екатеринбург стал теснее связан с искусством.
-Что может сделать обычный городской житель, как он может изменить свою повседневную жизнь, чтобы улучшить экологию?
— В городе, на мой взгляд, очень важно уделить внимание разделению мусора, хотя оно и есть, но если сам человек будет уделять этому больше внимания, больше времени, поддерживать это движение и прикладывать усилия — это будет вдохновлять других людей.
Летом можно выбирать велосипед, вместо машины. С продуктами питания сложнее, но можно поддержать локальных производителей, тех же бабушек, продающих свой урожай. Почему нет?
Главное, чтобы люди начали задумываться, как именно они живут: откуда их еда приходит и куда уходят отходы их жизнедеятельности. Как мы можем изменить мир вокруг, начиная с локального уровня. Даже если для начала это просто обращение в местное управление ЖКХ, если что-то не так, как должно быть. В городе люди часто не знают своих соседей даже по лестничной клетке, и это большая потеря информационного и поддерживающего ресурса, который есть у людей за городом.
Следите за тем, что происходит в городе: какой завод и где снова будет или не будет построен. И влияйте на принятие этих решений.
Мы замыкаемся на своей личной жизни “дом — работа — супермаркет — дом”, а потом удивляемся, почему вместо парка для прогулок появился новый молл.
